Меню
12+

«Знамя труда». Общественно-политическая газета Каратузского района

05.10.2018 08:32 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 40 от 05.10.2018 г.

Светом знаний озаряет

Автор: Татьяна Меньшикова
корреспондент

Каждый педагог уникален по­своему. Трудиться в образовательном учреждении в наше время, да и во все времена, подобно подвигу. А посвятить себя истории, которую перекраивают, как хотят, и 32 года преподавать этот предмет школьникам – это дорогого стоит.

У Надежды Александровны Черепановой, преподавателя истории нижнекужебарской школы, не было вопроса, какую профессию выбрать. По отцовской линии все родственники – учителя, и тетки, и дядьки, если не сами, то – их жены. Одна из теток, уроженка Нижнего Суэтука, закончила МГУ и до сих пор преподает в ростовском университете русскую словесность.

К тому же Надежде Александровне повезло с учителями.

– Я закончила первую школу в Каратузе, – рассказывает Н.А. Черепанова. – Классными руководителями у нас были А.В. Мигла, Л.И. Шушакова, в старших классах – И.Д. Попков. Он занимался альпинизмом, водил нас в походы за Верхний Кужебар: натягивал канатку, и мы по ней спускались с горы, ночевали в палатках на берегу Амыла. Это наш класс вместе с ним делал в кабинете физики пол ступеньками. С удовольствием ходили на кружок физики, даже и те, кому она была не нужна. Наверное, тогда было много оборудования, потому что мы собирали радио, еще какие­то приборы, все эти механизмы проходили через наши пальцы, поэтому было увлекательно. Занимались и в кружке по химии у Натальи Ивановны Дмитриенко, несмотря на то, что были ближе к гуманитариям, там тоже много разных экспериментов проводили, нам все было интересно. Историю нам вначале преподавала Матрена Савельевна Любар, а потом пришла Вера Иннокентьевна Кутявина. Помню, что в школе показывали много фильмов, и художественных, и документальных, в том числе снятых специально для учеников, киноленты были не только по литературе, но и по истории, физике. До сих пор сохранилось яркое впечатление от просмотра документального фильма о фашистском концлагере в период Великой Отечественной войны.

вместо института –

буланка

В 1980 году Надежда закончила школу. В абаканском институте в то время не было исторического факультета, и, посовещавшись с Верой Иннокентьевной, которая закончила новосибирский институт, девушка отправилась поступать туда на исторический факультет. Но, к сожалению, для поступления ей не хватило полбалла.

– Я так ревела и думала, ну как я поеду домой: училась и не поступила, – вспоминает Надежда Александровна. – На лестничной площадке меня встретила женщина, она преподавала в техникуме электронных приборов и пригласила меня: «Тебе у нас понравится – техникум и завод красивые, мы собираем цветные телевизоры». Она сводила меня на экскурсию, мы забрали мои документы из института, сдали их в техникум. На следующий день я без подготовки сдала физику, и меня приняли. С чувством собственного достоинства, что не глупая, раз сдала экзамен без подготовки, купила билет домой и пошла забирать документы. Как меня ни уговаривали, я сказала, что физика – это не мое, и уехала домой, правда, документы мне так и не отдали.

Напротив нас жила мама заведующего районо, он меня увидел и спросил, куда поступила, что теперь буду делать. Узнав, что я не стала студенткой, предложил работать в школе.

(Окончание. Начало на стр. 1)

И вот 17­летняя девушка отправилась в только что открывшуюся в Нижней Буланке восьмилетку (до этого была начальная школа) учителем истории и русского языка. Районо сделали запрос в техникум, чтобы выслали документы.

– В середине августа папа привез меня в Буланку, деревня тогда большая была, я как на другую планету попала, потому что жители все говорили на латышском языке, – продолжает наша героиня. – Любовь Александровна Мигла там директорствовала, меня у ее дома и выгрузили. Весь сентябрь квартировала у нее. А потом к нам привезли Любу Оглезневу, она тоже в тот год не поступила. Мне дали восемь часов истории и 10 часов русского языка и литературы, а остальные часы русского отдали Любе. На двоих нам выделили квартиру в двухквартирном доме. Так мы с ней целый год бок о бок и прожили. К концу года выучили разговорный латышский, могли здороваться, понимали, о чем они говорят. Сейчас, конечно, многое забыла, так как не с кем общаться. Л.А. Мигла мечтала, чтобы мы там осели, заочно поступили учиться.

И все же история

Но после выпускного бала, как раз пришли мои документы из Новосибирска, я отправилась поступать в красноярский пединститут. Решила, если сдам русский на «пять», то пойду на филфак, если историю – на «пять», то – на исторический. Сдала оба предмета на отлично, но учиться пошла на историка – здесь тетрадей меньше проверять. Через пять лет стала историком, но диплом не получила. В те годы нужно было отработать год на месте по распределению, только тогда отдавали диплом. Когда училась на 3­ем курсе, в Лебедевке открыли восьмилетку, и мы с тремя подружками по заявке районо отработали там три месяца – сентябрь, октябрь, ноябрь – и практику прошли, и заработную плату получили.

Хотела устроиться на работу в каратузскую школу, но мест здесь не было. А в Нижнем Кужебаре место преподавателя истории было вакантно. Директор нижнекужебарской школы Н.Л. Тылипцева встретила меня в районо и предложила у них работать, но я отказалась, потому как их деревня казалась мне какой­то путаной: не понятно, где заезжаешь (я ездила к тетке в Верхний Кужебар и сравнивала эти два таких разных села). Дважды Нина Леонтьевна приезжала к нам домой, и мне стало стыдно, что взрослый человек меня, такую «зеленую», уговаривает. А еще в нижнекужебарской школе работала моя одноклассница Т.К. Посохина.

Новому зданию школы в Нижнем Кужебаре на тот момент было только три года. И вот Надежда решила съездить, посмотреть. А как раз дождь прошел, в селе на дорогах грязь, а молодой специалист в замшевых босоножках на каблуке. Пока девушка дошла до дома Н.Л. Тылипцевой, вся обувь была в грязи. Директор дала тазик с водой, Надежда вымыла ноги и босоножки. А в школу уже пошла в резиновых сапогах, предложенных ей Ниной Леонтьевной.

Надежде Александровне сразу дали кабинет, разрешили оформлять его по своему усмотрению. Квартир свободных в селе не было, надо было подселяться к какой­нибудь бабушке. Но педагог не представляла, как будет жить с посторонним человеком, потому что с 17 лет жила самостоятельно – то на квартире, то в общежитии. Поэтому каждый день ездила в Каратуз: утром автобус шел в 6:30, а вечером в 18:00. И так они с Эльвиной Александровной, нынешним директором, ездили – одна в Таскино, другая – в райцентр. А в ноябре освободилась избушка, закрепленная за школой для молодых специалистов.

Замерзали,

но работали

– Про этот домик надо отдельно рассказать, – говорит Надежда Александровна. – В морозы он прогревался только до 13 градусов, под утро вода в ведре, стоящем на стуле, замерзала. Мы спали в спортивных костюмах, в шерстяных носках, валенках, сверху шубы и два стеженых одеяла. При том что кровать стояла у обогревателя печи. Во дворе был колодец, мы утром выкручивали из него ведром воду, умывались. А потом надо было все теплое одеяние снять и надеть ледяное, зуб на зуб не попадал. В школе тоже невозможно было согреться, потому как котельная была далеко и тепло до нашего здания не всегда доходило. Так мы жили три года, летом пытались избушку ремонтировать, печку переделали, под окна напихали ваты, но одна стена все равно полностью покрывалась куржаком. Но нам даже в глову не приходило уехать. Тогда не принято было менять место работы.

В первый же год мне дали классное руководство в пятом классе. Дети были очень самостоятельными: после окончания учебного года они сами белили потолки и стены, красили парты и пол, не привлекая к этому ни одного родителя. Мы с ними ходили в походы на Красный камень, там по три дня в избушке жили, отдыхали, рыбачили, за них было не страшно в лесу. Я кое­чему у них научилась, в том числе и как правильно белить потолок, чтобы не было полос. Сейчас выпускники не умеют делать того, что умели в свое время мои пятиклашки. Когда я ушла в декрет, ученики приходили ко мне в гости, водились с ребенком.

У меня четыре выпуска, в прошлом году набрала пятый, теперь они в 6 классе. Со всеми выпусками ходили в походы. А сейчас, к сожалению, не ходим – нужно пройти специальные курсы, получить разрешение, и не дай бог ребенок пальчик обожжет, это сейчас большая ответственность. Теперь мы возмещаем это праздниками в классе, чаепитиями.

О компьютерах

и учениках

В начале 2000­х Надежда Александровна освоила компьютер, хотя такой техники в школе еще не было. Они с коллегами ездили на компьютерные курсы в Каратуз, складывались на такси и занимались до позднего вечера: учили материал, делали контрольные работы. У нее до сих пор хранится записная книжка, где все записано с этих курсов.

– Когда появились в школе и дома компьютеры, стало легче работать, но появилось множество отчетов, бумажной работы, которая непонятно кому нужна, – продолжает Надежда Александровна. – Если сравнивать систему образования в те годы, когда начала преподавать, и сейчас, то раньше больше времени можно было отдавать детям. А ученики, они всегда одинаковые, может быть, предыдущие более начитанные, не было этих средств связи, где много всего полезного и не очень. Столько возможностей сейчас найти необходимую информацию, но дети неохотно этим занимаются. Их больше увлекают игры.

На уроке я не прошу убирать телефоны, им просто неудобно ими пользоваться в моем кабинете. Уже больше пяти лет парты у нас в классе стоят в форме круглого стола, мне всех видно, и дети видят глаза друг друга, когда отвечают, более открыты, не стесняются.

За 32 года работы в этой школе только один раз 11­классники не выбрали мой предмет на ЕГЭ, можно сказать, я отдыхала в тот год, а так ежегодно и 9, и 11 классы сдают историю на выпускных экзаменах. Считаю, что простые экзамены лучше, ведь история – это устный предмет, где надо проследить причинно­следственные связи, уметь разговаривать, приводить примеры, логика должна быть. Я в этом году первый раз увидела хрестоматию, где кратко изложены литературные произведения, например, на «Войну и мир» отведено полтора листа, я была потрясена этим.

Отрицательно отношусь к тому, что историю пытаются перекроить. За последние 20 лет вышло столько учебников истории, у меня их дома целая полка. Старшая дочь училась по одним, а младшая – уже по другим, хотя у них в возрасте только два года разница.

Мы учимся вместе с детьми, постоянно обновляя свои знания, тем более, что сейчас все новые и новые источники появляются, в интернете масса информации. Но некоторые дети даже учебник не хотят читать. Я не боюсь признаться, что не знаю ответа на тот или иной вопрос, но обязательно найду, изучу и расскажу детям.

Ставлю цель и стараюсь достичь ее. Если что­то запланировала, то это должно сбыться. Не важно, сколько часов ночи, но я доделаю и со спокойной душой иду отдыхать.

У меня не получается провести два одинаковых урока, все равно что­то изменю по ходу: или не тем закончу, или не так начну. Старый план урока, например, прошлогодний, не годится в этом году, ведь меняется и программа, и дети.

Пока мы беседовали с Надеждой Александровной, в класс пришли девочки – они договорились с классным руководителем репетировать частушки, которые собирались петь на мероприятии для своих бабушек и дедушек. Ученицы сели за одну из парт и свободно общались, не стесняясь взрослых. На мой вопрос: «Какой педагог Надежда Александровна?» они ответили: «Классный, в смысле хороший, понятно объясняет, помогает нам к праздникам готовиться, вот частушки с ней разучивали». Было понятно, что дети не просто уважают своего педагога, они доверяют ей, советуются. А это, наверное, главное в работе учителя.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

52