Меню
12+

«Знамя труда». Общественно-политическая газета Каратузского района

30.11.2018 08:20 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 48 от 30.11.2018 г.

Годы мудростью богаты

Автор: Татьяна Меньшикова
корреспондент

Юбилей – это не просто очередной день рождения. Это особый день переосмысления пережитого, новая точка отсчета в жизни человека, время подведения итогов.

А 70 лет это еще и праздник человеческой зрелости, стойкости, множества жизненных достижений.

Александр Янович Саар вплотную подошел к 70­летнему рубежу с хорошими результатами. Сам многого добился в жизни, детям на ноги помог встать, внуков окружил любовью. А главное – всю жизнь много трудился, а потому что не может иначе, с детства к этому приучили.

Родился Александр Саар в Верхней Буланке Каратузского района. В семье росли девять детей: трое братьев и шесть сестер. Александр – средний. Родители трудились в буланском колхозе «Заря». В сельхозпредприятии действовали две полеводческих бригады, ферма коров на 200, телята, куры, овцы, лошади. Отец семейства Ян Михайлович (русские звали его Иван Михалыч) работал бригадиром, а потом заведовал фермой. Мама Юганна Эдуардовна принимала на сливотделении молоко от жителей деревни, сепарировала его. Дома тоже хозяйство немалое держали.

В 6 лет Александр уже работал в отцовской бригаде – сезона три волокуши возил, на коня ему помогали садиться, потому как сам не мог взобраться. Также деревенские ребятишки по полям собирали колоски, что после комбайна оставались. Лет с 11 мальчик освоил конные грабли, потом на тракторные пересел, а затем на прицепных сенокосилках трудился. Утаптывание силоса тоже лежало полностью на плечах ребятишек.

– Сначала мы топтали его в машинах, прямо на поле укладывали в кузова кукурузу и айда маршировать, чтобы больше вошло, машины ведь были еще малотоннажные, – рассказывает А.Я. Саар. – А потом я на лошади верхом утрамбовывал силосную яму: сперва насыпали зеленую массу, потом я прыгал туда вместе с конем. Бывало, увязнешь, еле выберешься, и пошел по кругу. Пока не утопчешь доверху, из ямы не выбраться.

Все это летом делал, а в остальное время года учился в местной четырехклассной школе. Дома все говорили на эстонском языке. Русский язык мы изу­чали как иностранный в нулевом классе. В школе читали и писали на русском языке. А дома – старые эстонские книги, которые сохранила мама. Я даже «Пионерскую правду» на эстонском языке выписывал, читал и почти все понимал, несмотря на то, что язык сибирских эстонцев устарел по сравнению с тем, на котором говорят в современной Эстонии. Трижды потом я бывал на родине предков. Так вот там мне сказали: «Ты говоришь на самом настоящем эстонском языке, а мы уже его испортили».

В доме у нас стоял ткацкий станок, всю зиму мама что­то ткала, а из чего, не помню. Основу, по­моему, делали из ваты – покупали большие бабины и пряли. Нам очень хотелось тоже поработать на станке. Конечно, делали мы это, пока взрослые не видят. Потом, понятно, доставалось нам за такую «помощь».

В Буланке Александр окончил четыре класса, а с пятого – в моторской школе учился. Жили «иногородние» ученики неделю в интернате, в субботу после уроков шли домой. А в воскресенье – обратно в Моторск, до которого от Буланки 14 километров. Добирались когда пешком, когда на гусеничном тракторе, потому как в распутицу такая грязь была, что на другом транспорте не проехать. С пятого класса весной, на мартовских каникулах, в окрестностях Моторска Александр с одноклассниками готовили дрова для клуба и сельсовета – пилили деревья ручной пилой по два человека. Вечером того же дня пацанам платили деньги за работу, сколько кубометров напили, столько и получили. До пяти кубов в день делали, на заработанные деньги конфеты «Дунькина радость» покупали и другие вкусности.

– В 10 лет научился на мотоцикле ездить, – продолжает Александр Янович. – Правда, ноги еще не доставали до земли, поэтому садился на этот транспорт и трогался с места у какой­нибудь возвышенности, обычно – в канаве.

В 1961 году в Буланке построили новый клуб, а киномеханика в деревне не было. Приезжал специалист из Нижней Буланки, он научил меня управляться с киноустановкой. А потом даже и не показывался в деревне, фильмы крутил я, хотя числился на работе он. Еду из Моторска, из интерната, и везу с собой коробки с пленкой. Быстро чернилами напишу объявление, и вечером на сеансе полный клуб – телевизоров­то еще не было.

После окончания восьми классов, в 1965 году, Александр поехал поступать в черногорское ГПУ №4 на дизелиста буровых установок. Его не хотели брать, так как к окончанию учебы студенту должно было быть 18 лет.

– Я сказал, что не выйду из кабинета директора, пока не примут мои документы, – вспоминает А.Я. Саар. – «Учитывая, что такой рослый и сильный, возьму», – согласился директор. Жили мы в общежитии, что во дворе училища располагалось, в столовую ходили редко, потому как денег не было, стипендию платили 23 рубля 50 копеек, 90 копеек высчитывали за проживание.

В училище нас из Буланки было четверо, я самый младший. С фабрики первичной обработки шерсти (ПОШ) приезжала кладовщица и предлагала нам заработать – разгрузить вагоны с шерстью. Обычно было два вагона, тюки прессованной шерсти весили от 80 до 90 килограммов. От вагона мы их катили до склада метров 10, а там вдвоем укладывали один на другой. Сильно никто туда не стремился, только мы, буланские. Помогла физическая закалка – с ранних лет работал, и в интернате, в Моторске, четыре года занимался тяжелой атлетикой: поднимал гири, штанги. За разгрузку нам платили по пять рублей – это было счастье. В тот же вечер мы пили чай с шоколадным маргарином.

Потом устроился в вечернее время работать в ДОК – принимал строганные доски у станка и укладывал их на тачку.

Меньше, чем за год, научили студентов обслуживать дизели буровых установок, подошло время уезжать на работу. Распределение было по Российской Федерации, учитывали средний бал аттестата, выданного в училище. Аттестат Александра Саара оказался в тройке лучших. Юноша выбрал г. Норильск, потому что там жили родственники. Съездил будущий дизелист в Буланку на несколько дней, а потом отправился в Абакан, на самолете долетел до Красноярска, а затем и до Норильска.

– Нижнеенисейкую нефтегазразведочную экспедицию, в которой я должен работать, перевели в Дудинку (90 км от Норильска), я поехал туда, 11 мая приняли на работу, мне в ту пору было 17 лет и 5 месяцев.

12 мая нас на вертолете «Ми­4» повезли на Мессояху, там уже была буровая вышка, вагончики для каждой вахты (семь человек) и столовая – котлопункт. Морозы там такие, что градусника, где шкала до минус 50 градусов, не хватало. В вагончиках – электроотопление от дизеля.

Начали мы газ на Таймыре искать. Сначала бурили «кондуктор» метров 16 (вечная мерзлота метров 350­400), вставляли трубу и заливали бетоном. Чтобы он не застывал еще в процессе смешивания, подавали пар от котельной, работавшей на котле от паровоза. Потом 350­40 метров пробурим, опять бетонируем, теперь трубу меньшего размера. Глубина скважины обычно достигала от 2,5 до 3,2 километров. На одну скважину уходило месяца два­три, если без аварий.

24 марта 1967 года при испытании одной из вышек (пробурили 2,8 км) обнаружили первый газ на о. Таймыр. Потом приехали инженеры и стали испытывать газ, его поджигают, чтобы не отравиться, рев от пламени стоит на всю тундру. Скважины я бурил на трех месторождениях: Мессояхском, Соленинском и Пилятинском. Мы только находили газ, заваривали скважину, эксплуатационное бурение началось много лет спустя.

В том же 1967 году А.Я. Саара повысили – 18­летнего парня перевели дизелистом буровых установок, теперь у него был помощник. Отработав два года, в мае 68 года парень взял за два отработанных года отпуск и отправился домой, где его ждали не только родственники и деревенские девчата, но и мотоцикл, отправленный еще год назад по почте в контейнере. В сентябре северянин обратно улетел, и три года не выезжал на материк. В 1971 году вновь прилетел на малую родину. За долгими беседами с родственниками, радеющими за развитие сельского хозяйства, Александр понял, что нужно возвращаться в родные пенаты. В августе того же, 1971, года молодой человек поступил учиться в сельскохозяйственный техникум п. Шушенского на механика. В 1975 году закончил обучение, получив диплом с отличием. Распределение было в разные территории, но А.Я. Саар предпочел трудиться на родине, выбрав каратузский колхоз имени Димитрова. Здесь он работал 18 лет – прошел путь от инженера по технике безопасности до главного инженера предприятия. В первые годы работы был секретарем комсомольской организации колхоза, а затем стал членом коммунистической партии. Александр Янович успевал не только ударно трудиться, но и заочно окончил Красноярский сельскохозяйственный институт, построил дом, женился, в семье родились двое детей. Как все в селе, семья Саар держала большое подсобное хозяйство. В лихие 90­е, когда колхозы и совхозы стали разваливаться, Александр Янович ушел в строительство, работал в ПМК. Одним из последних объектов, который он возводил, стал двухэтажный детский сад в Таскино. К сожалению, почти готовое здание из­за отсутствия финансирования пришлось законсервировать. А через несколько лет его уже как будто и не было.

В 2002 году судьба опять связала А.Я. Саара с сельским хозяйством – предложили ему возглавить нижнекужебарский колхоз «Пограничник». И хотя на выборном собрании Александр Янович не обещал звезд с неба, реально оценивая положение, в котором оказался колхоз, кужебарцы выбрали руководителем именно его. И не прогадали. По данным районной газеты «Знамя труда», в 2003 году колхоз «Пограничник» среди хозяйств района был на четвертом месте, обрабатывая 1 697 гектаров земли, намолотив 2 121 тонну зерна, по урожайности – на втором: 12,5 центнера с гектара. В хозяйстве держали около 400 голов крупного рогатого скота, в том числе 160 коров. За два года Александр Янович выплатил колхозникам половину долгов по заработной плате, погасил часть долга предприятия перед кредиторами. Но по состоянию здоровья в 2004 году покинул этот пост.

В 2000 году сын Александра Яновича Максим закончил институт, как когда­то отец, приехал работать в Каратузский район. А через несколько лет они на семейном совете решили заняться предпринимательской деятельностью. Александр Янович был первым помощником и советчиком. А также ездил за товаром в Минусинск, вел бухгалтерию, продавал товары. Но никогда не забывал о земле, сначала обрабатывал тот небольшой участок, доставшийся ему в качестве пая после развала колхоза им. Димитрова. Со временем с 10 гектаров площадь посевов увеличилась до 100. 25 лет, до осени текущего года, А. Я. Саар сеял и убирал зерновые, а нынче решил отойти от дел и отдал землю молодому предпринимателю.

Сейчас бизнесом занимаются дети Максим и Полина, но часто обращаются к отцу за помощью. То водителя подменить нужно, то кочегара, младшего внука из детского сада вечером забрать – все Александр Янович. Достаточно позвонить папе и дедушке на телефон, и он всегда выручит. Внуки, а их у Александра Яновича и Натальи Александровны Саар трое, частые гости в их доме. Старший внук помогает по хозяйству, а дедушка с бабушкой держат и свиней, и куриц, большой огород у них в полном порядке. С детства приученные к труду, люди их возраста не могут сидеть без дела.

Вот такие жизненные достижения у А.Я. Саара к 70-­летнему юбилею. Впереди еще много дел, детям и внукам нужно советом помочь, поддержать в трудную минуту. А кто сделает это лучше, чем заботливый отец и дедушка.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

78